Блог О пользователеnishada

Регистрация

Календарь

« Май 2017  
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
1 2 3 4 5 6 7
8 9 10 11 12 13 14
15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28
29 30 31

улыбаемся и машем..

1 |2
 

Звонок


Кажется именно упоротая мысль о том, что ночью обязательно нужно спать, не давала мне заснуть уже часа три. Крутился с боку на бок, честно считал до ста, до двухсот и в результате понимал, что лежу и таращусь в темноту. Не шел сон.  Но когда вдруг раздался оглушительный звонок в дверь, я еле очнулся и с трудом вынырнул в действительность. Вспугнутое сердце колотилось в горле. Встал с кровати и как ржавый робот поковылял в прихожую. Судя по всему, мозг еще валялся в обмороке, поэтому, даже не задавая сакраментальное, но такое естественное в глухую ночь «Кто там?», я, щелкнув замком, открыл входную дверь.

В чахлом свете 10-ваттной лампочки на лестничной клетке стояло существо, словно материализовавшееся из японских фильмов ужасов. Опущенная голова со свешивающимися длинными темными волосами,  полностью скрывающими лицо, растянутая футболка на худеньком теле, из-под которой торчат тощие ноги в черно-белых Конверсах.

И вдруг словно зазвенели хрустальные подвески, перебираемые молодым ветерком: " Вы не могли бы мне помочь?» Нежный, девичий голосок, звучащий из недр копны волос, переливался как мыльный пузырь на солнц. Прибалдевший, я спросил:
- Чем?
- Завяжите мне, пожалуйста, шнурки, а то я не умею…

 

Мы спим в ушедших душах!


Проходящий поезд прибыл около полуночи, время стоянки 7 минут. Редкие пассажиры торопливо прошелестели вдоль вагонов в сторону города. Последней на опустевший, залитый искусственным светом перрон ступила тонкая девичья фигурка с небольшим рюкзаком. Повернувшись спиной к вокзалу, она замерла, всматриваясь в дальний конец перрона. Потом медленно пошла туда. Несколько секунд спустя навстречу ей двинулась появившаяся ниоткуда массивная темная фигура мужчины. Подойдя вплотную друг к другу, они остановились и молча стояли, отбрасывая лепестки полупрозрачных теней.

«Доброй ночи» прошептала девушка, и не поднимая рук потянулась к мужчине всем телом. «здравствуй, Нинуша», ответил он.

Девушка, прикрыв глаза, терлась щекой, носом о его заросшую бородатую щеку, вдыхая, впитывая его запах. Потом, словно очнувшись и вынырнув из вязкой глубины, она взглянула в его черные, бессонные глаза своими расширенными зрачками и спросила: «Сколько у тебя?» Он ответил: «Две». «Мало. У меня три». «Ничего, Нинуш, в дороге доберем.» Он взял ее за плечи, развернул и они пошли к выходу. Черный Мерседес послушно откликнулся.
Девушка закинула рюкзак назад и, подобрав стройные ноги в узких черных джинсах, сжалась на переднем сиденьи. Вырулив со стоянки, мужчина спокойной произнес:

« Не волнуйся, Нинуш. Когда приедем в Альт, у меня тоже будет три.» Девушка откинулась назад, расслабилась и с улыбкой ответила «Конечно, Гурон». Вырвавшись за город, машина легко неслась по дороге, которая сама стелилась под свет фар. Через час, на выезде из какого-то городка их остановил скучающий полицейский. Он подошел к автомобилю и попросил права.

С ободряющей улыбкой взглянув на спутницу, Гурон достал документ и протянул в окно. Едва рука полицейского взяла права, Гурон вдруг резко дернул его внутрь и молниеносно перекусил вену на шее. Когда тело перестало дергаться, Гурон наклонился к нему и длинно вдохнул. От головы, от пальцев, от груди и шеи мужчины к нему протянулись светящиеся, тягучие как жевательная резинка, нити. Спустя мгновение, Гурон вытолкнул тело и завел машину.

«Ну вот, три».

Светало, когда они въехали в Альт. Городок встретил их чистотой, тишиной и еще не погасшими фонарями. Нинуша бросила взгляд на черные спортивные часы на левом запястье.«Успеваем». В сонной гостинице им вручили ключи от номера, на ручке которого тут же закачалась интернациональная табличка " Don`t disturb».

В номере Нинуша сняла и аккуратно поставила на стул рюкзак, прошла в спальню, тщательно задвинула шторы и, раскинув в стороны руки, упала спиной на широченную кровать. «Наконец-то». Она блаженно закрыла глаза. Потом открыла их, глянула на молчащего Гурона пронзительно-голубыми на фоне красных белков глазами, и сказала:

« Три. Мы будем с тобой спать целых три дня…»

 

Абсурдные гранулы боли


Кожа стянута тонкой коричневой коркой. От трения корка трескается и нехотя скатывается в колючие, крошащиеся ГРАНУЛЫ, застревающие под ногтями.

Тошнотворный запах, разрывая ноздри, пропитывает мозг изнутри.

Тот нехотя откликается: «Кровь?…», затем оживленнее: «Моя?… А почему не больно?…»

И мгновенно снизу, поддых врезается густой поток БОЛИ, кромешной волной заполняющий черепную коробку, застилающий глазные яблоки и сдавливающий дыхание резиновой массой.

Боль затапливает всё тело, весь мир.

Это конец!

Но где-то глубоко-глубоко в мозжечке тлеет фитилек сознания.

Сдавленный плотными багровыми стенками боли, он, несмотря на АБСУРД ситуации, натужно толкался и разгорается сиреневым пламенем надежды, которое подпитывает сама боль.

Потому что боль могут чувствовать только живые.

 

старый новый год


Сегодня самая необыкновенная ночь в году! В эту ночь путаются календари, сталкиваются стрелки часов, а древние памятники, просыпаясь, переводят дух.
В эту ночь в  причудливые, искрящиеся морозные узоры на окнах вплетаются таинственные знаки, а сонно моргающие звезды с удивлением смотрят на землю со звенящего неба, словно увидев ее в первый раз.

 

И только в эту ночь в гулком зале, с узкими окнами, роскошным ковром на каменном полу и жарко полыхающим камином Принцесса танцует с Драконом.
Ее тонкая фигурка затянута в нежный бархат цвета бургунского вина. Лишенное украшений, с вырезом чуть ниже ключиц, платье оставляет открытой бледную гибкую спину с хрупкими лопатками.
Копна вьющихся светлых волос приподнята тонкой тиарой.

  

Рядом с ней темный, коренастый, с могучей грудью и широченными плечами Дракон кажется еще мощней и чудовищней. Его смоляные волосы змеятся по плечам. Лицо словно высечено из коричневого гранита, слегка отполированного временем.

  

А из старенькой радиолы в углу льется щемящая нежная мелодия несбывшихся желаний.

 

Узкая девичья кисть лежит на крепкой шее любимого Дракона, другую он бережно держит в своей широкой ладони. Его правая рука, словно боясь ненароком дотронуться до гладкой кожи, одними пальцами касается платья на талии девушки.

 

Волшебная музыка окутывает танцующих невесомым шлейфом, отметая все лишнее и пустое. Во всем мире есть только они вдвоем и их единственная ночь. Глаза смотрят в глаза. Призрачные надежды, нежные признания, горечь от предстоящего расставания тонут во взлядах влюбленных. А они растворяются друг в друге.

 

Дракон, на мгновение мучительно закрыв глаза, мягко проводит носом по нежной розовой щеке и нежно целует висок Принцессы. Она светло улыбается, ощущая его горячий выдох, ее пальчики медленно гладят сильную шею, перебирая черные пряди. Дыхания влюбленных сливаются.

 

Старинные часы бьют полночь…

         

 

Элегия


Над погружающимся в белую неподвижность миром  дремлет белое небо, рассыпая из слабеющих пальцев  снежные пушинки.

  

В  нашей гостиной тепло. Мерно отщелкивают секунды ходики. Уютно шуршит огонь в камине.

 

На круглом столе, покрытом  бледно-лимонной скатертью, стоит глиняная тарелка  со стопкой тончайших золотистых блинов с кружевной поджаристой каемочкой.

  

Над большими чашками витает умопомрачительный аромат свежезаваренного чая.

  

В вазочках и розеточках  на столе, как блестящая краска на палитре, радуют глаз янтарно-прозрачное  абрикосовое варенье, бордово-тягучее клубничное, нежное-розовое из малины,  густая белая сметана и темно-коричневый гречишный мёд.

 

 В углу голосами старых актеров рассказывает древнюю, как мир историю телевизор. А мы вспоминаем вслух прошедший год.

 

Постепенно паузы становятся длиннее. Глаза слипаются, словно губы от сладкого меда.

 

За окнами бархатная портьера ночи прикрыла лиловый тюль вечера.

 

На верхнем этаже прохладно. Но в старой пружинной кровати с толстым упруго прогибающимся матрасом, под пуховым одеялом нагрета грелкой уютная норка.

 

Мигом раздевшись, ты скользнул под одеяло. Вздрогнув от прикосновения прохладной простыни к коже, замер, согреваясь. Через минуту, окутанный внутренним теплом, ты расслабился, перевернулся на спину. Веки медленно приоткрыли затуманенные глаза, в которых уже мелькают тени  радужных снов, и сомкнулись.

  

Вздохнув, ты погрузился в зимний сон. А вместе  тобой наш дом, сад, луг, далекий лес и весь мир.

 

   

 


Девочки, девушки, женщины мечтают о том, чтобы рядом был настоящий мужчина!


Сильный, умный, надежный, уверенный, великодушный. И чтоб знал, чего хочет, и чтоб двигался вперед. Был и нежный и внимательный,и романтичный.


Но понимают ли они, как это быть женщиной такого мужчины? 


Да, за ним как за каменной стеной, да, он все понимает, да, рядом с ним хочется летать, расти! Но тем труднее принять то, что у него в жизни есть что-то важнее тебя. Его дело!


И что кроме любящей, нежной, заботливой, нужно быть еще и сильной, сдержанной. Уметь легко провожать и радостно встречать!


Перебороть свое желание привязать, видеть всегда рядом, держать всегда за руку.


Нужно научиться ценить то, что он есть сейчас, в эту минуту.
И не показывать свои чувства, чтоб он шел с легким сердцем!


Я учусь…

 

 

 

Эпилог


На фоне черно-оранжевого закатного неба по склону безмолвно уходит в рейд «на караван» цепочка силуэтов в экипировке и с автоматами. 

 

И только второй, похлипче остальных и с рюкзаком поменьше, беспрестанно бурчит что-то. Но вдруг он уткнулся в спину резко остановившегося впереди идущего.


Тот разворачивается, подтаскивает к себе пискнувшего мелкого и шипит ему в лицо. Потом, сунув руку в карман, достает что-то, шуршит и, ткнув в рот съежившемуся болтуну, поворачивается, и махнув рукой, продолжает путь.


По цепочке пробегает сдержанный смешок. 


А Мул, ухмыльнувшись, авторитетно высказывается: «Девочки молчат только когда сосут».

 

    

 

Двое и она


Хорошо, что в гостиничном номере есть, пусть и простенькая, кофемашина!

Так здорово, только выбравшись из постели, устроиться в широком кресле и, перекинув ноги через подлокотник, пить чашку ароматного эспрессо.
В первый же день я поставила кресло лицом к окну и сказала, что теперь оно всегда будет стоять только так! 


Слегка щурясь, я наслаждаюсь ярко-синей далью и соленым воздухом. 
Встаю я в 11 утра, когда на улице вовсю жарит солнце, а в номере уже никого нет. Можно ходить голышом, курить травку и пить виски из горлА. Да еще никто не будет втирать мне, что при раздвинутом окне кондиционер охлаждает улицу. А типа я не знаю! 


Но закрытые окна, блин, угнетают мою свободолюбивую натуру! 
Абель и Мул, как бы поздно мы не заваливались спать, обычно встают ни свет, ни заря и исчезают до вечера. Как они выдерживают? Может отсыпаются на пляже? Нет, вряд ли. Слишком серьезные возвращаются вечером и слишком сосредоточенно напиваются потом в баре. А еще, в отличие от меня, мало загорели. 


Зато не мешают мне от души отрываться на танцполе. Я слышала, как на ворчание Мула, мол, попалимся из-за нее, Абель ответил, что после 24-часового заточения в гостинице, пусть лучше здесь, под присмотром, позажигает, чем потом ловить ее, неугомонную, по дискотекам и кабакам.


Я знаю, на самом деле он просто не хочет, чтоб я закрутила с кем-нибудь роман. Ведь не может быть, чтоб ему было на это наплевать! 


Вчера мы классно позависали в баре. Караоке, пиво, виски, самбука. Я пила все подряд, смешивая и взбалтывая. Наравне с ними? Да без проблем!


Потом, шатаясь, двинули на пляж и повалились на теплый песок. Прямо перед глазами сверкали и переливались на черном небе россыпи незнакомых звезд.

Мул заплетающимся языком рассказывал про созвездие Южный крест, которое ни в коем случае нельзя путать с Фальшивым крестом. Справа от меня звучали волшебные названия: Ригель, Антарес, Фомальгаут.


Поворачиваю голову налево и встречаюсь взглядом с Абелем. Нахожу его руку, он крепко сжимает мою ладонь. Рядом уже слышится могучий храп Мула.
Я, плавясь от восторга и предвкушения, шепчу: «Пойдем купаться!»


Его губы дрогнули в слабой улыбке, он отвернулся. Так мы и лежали, молча держась за руки и глядя в роскошное звездное небо. Пока, всхрапнув напоследок, как дикий конь, проснувшийся Мул не просипел, что пора идти в отель…


Эти воспоминания погрузили меня в состояние легкой эйфории.

Пританцовывая, я пошла в ванную комнату. Стоя в душевой кабинке под приятно-прохладными струями, прикрыв глаза и мечтательно улыбаясь, я думала об Абеле. Никогда не могу понять, что у него на уме, что значит его улыбка, что он собирается сказать или сделать. В общем, он вызывает во мне дикое любопытство. А еще у него просто невероятные черные глаза!


Подсушив волосы и чувствуя, как, щекоча кожу, испаряются капли воды, я вышла в комнату.


Вдруг со словами « Быстро переодевайся!», в номер ввалился Мул. Ойкнув, я едва успела заскочить обратно в ванную комнату. Мул прошел к ближайшей кровати и вытряхнул на покрывало из пакета какие-то вещи. 


«Что это?» - спросила я, заворачиваясь в полотенце. 


«Переодевайся, сейчас Абель подгонит тачку» - повторил Мул.


«Да что случилось-то?»


«Допрыгалась, коза?! Ты перед кем вчера хвостом крутила?»


«А хрен его знает! Я ж пьяная была!» 


«Короче, тебя ищут! Быстро надевай это!»


Я разворошила кучу. Здесь были потертые джинсы, серая футболка с надписью «Warner bros. entertainment», сине-белая клетчатая рубаха и … настоящая ковбойская шляпа, которую я тут же примерила. Класс!


Мул угрюмо посмотрел на мою голову, а потом перевел глаза на ноги. Я поджала пальцы с ярким педикюром. Мул сунул обе руки за спину и, вынув наверное из задних карманов джинсов, бросил на пол пару кед.


Пока Мул шарил в шкафу и складывал вещи в большой рюкзак, я переоделась. Мельком глянув на меня, здоровяк буркнул: «Патлы спрячь под шляпу!» 


Свои вещи я сложила в холщовый мешок, который закинула на левое плечо.

 

Скептически оглядев меня, Мул водрузил на мой нос зеркальные «авиаторы», велел вставить в уши наушники. Посмотрев на мои ноги в кедах, он хмыкнул, пробормотав: «Ну, Абель, угадал!»

 

Через секунду мы были готовы.

 

  

 

Элиза


В полночь, накинув на голову капюшон плаща из грубой шерсти, она вышла на крылечко.

Заворожило распахнувшееся над головой глубокое небо. Перечеркнутое песчаной дорожкой Млечного пути и помигивающее блестками созвездий.

 

Она бесшумно скользит по бледной тропинке в полнейшей тишине.

 

Вот показались темные силуэты крестов за живой изгородью, каменные склепы и причудливо изогнутые ветви усеянных первыми листиками деревьев. Запах мокрой земли смешивается с горечью дыма.

 

Она рвет крапиву. Сочную, молодую кладбищенскую крапиву.  Нежные стебли с хрустом  ломает посредине и укладываю на локоть левой руки.

 

Уже с трудом удерживает этот влажный, жгучий букет.

 

Интересно, сколько растений потребовалось бы, чтобы сшить рубаху, которая навсегда сделает из дикого лебедя обыкновенного принца?

 

Ей не узнать ответ. Из своей крапивы она сварит завтра зеленый борщ…

 

 

розовая пантера


Лениво помахивая хвостом, она вошла в салон.

 

Обустроенный по ее собственному вкусу, он сочетал розовый, черный и золотистый цвета. 

 

Мягкие диваны, стеклянные столики на подставках в виде девушек в провоцирующих позах, рассеянный теплый свет, седой негр, наигрывающий на черном рояле легкую мелодию и огромные черно-белые эротические фотографии на стенах. 

 

И вазы, множество ваз с варварски-роскошными букетами кровавых роз с острыми шипами.

 

Вульгарная, чувственная и вызывающая атмосфера, которую она ощущала кожей.

 

Приветливо улыбаясь, мнимо-рассеянным взглядом она окинула присутствующих.

 

Здесь были и нетерпеливые молодые кобельки, и вальяжные львы, и зубастые волки с быстрыми глазами, и даже один добродушный медведь, обычно развлекающий ее чтением своих приторных стихов.

 

Глубоко вдохнув воздух, ощущая нарастающее возбуждение, заставляющее поджиматься живот, она уже собралась окунуться в привычный мир бесцельных разговоров и легкого флирта, как вдруг почувствовала на себе чей-то взгляд.

 

Грациозно потянувшись за бокалом шампанского, она вскинула глаза и увидела Его. 

 

Позади одного из диванов, расставив ноги, стоял Тигр. Слегка прищуренными карими глазами он с непонятной улыбкой наблюдал за суетой и толкотней, окружающей ее.

 

Сквозь опущенные ресницы, она присмотрелась внимательнее. Отметила его крепкие плечи, осанку, красивые руки, держащие бокал, хищно раздувающиеся ноздри.

 

Ёе зацепил его понимающий и какой-то усталый взгляд. Но в глубине его блестящих глаз она заметила разгорающийся красноватый огонек, вдруг заставивший ее задышать чаще и выпустить коготки.

 

Предчувствие большой охоты…

 

 

1 |2